РОССИЯ-КЫРГЫЗСТАН: ЧТОБЫ «БЕЛЫЕ ПЯТНА» ИСТОРИИ НЕ СТАЛИ «ЧЕРНЫМИ»

Восстание в Туркестанском крае в далеком 1916 году сегодня стало главной дискуссионной темой в Кыргызстане. Актуальность этой темы вызвана не столько столетием этой скорбной даты, сколько схожестью причин и обстоятельств событий вековой давности и всего того, что сегодня сотрясает целые страны и континенты. История сделала свой спиралевидный виток и вернула все те же проблемы, над которыми бились прадеды. Россия-Кыргызстан: чтобы «белые пятна» истории не стали "черными"Фото: news.mail.ru Часто один маленький камешек, оторванный ветром от скалы, вызывает камнепад, лавину, которые до неузнаваемости меняют облик территории. Но в катаклизме виноват не только этот камешек, но вся масса, пришедшая в движение. История дает тому постоянное подтверждение. В Кыргызстане само восстание киргизов в 1916 году и его жестокое подавление связывают с целым рядом проблем, понимая, что призыв коренного населения края на работы по устройству оборонительных сооружений стал лишь поводом для активных протестных акций. Но тема 1916 года в республике уже давно вышла за рамки чисто исторического исследования и определенными силами страны используется в качестве политического аргумента в самых различных дискуссиях. К примеру, называющий себя председателем «Народно-патриотического движения Кыргызстана» и главой «Союза истинных мусульман Кыргызстана» Нурлан Мотуев заявлял, что среднеазиатское восстание 1916 года — это джихад. «Около миллиона северных кыргызов поднялись против русских. Но они, сами кыргызы, в какой-то мере были сами виноваты. У них не было связи с мусульманским миром, как у других народов. Например, у арабов, которые много лет успешно воевали против русских», и что «русские должны заплатить за всё». Нынче в Кыргызстане стала бестселлером книга «Уркун», которая представляет собой сборник публицистики и исторических очерков целого коллектива авторов во главе с Бекназаровым, получившим в республике прозвище «бульдозер революции». Книга в основном на кыргызском языке, но цитирует документы на русском языке и содержит на русском языке Обращение к лидерам суверенных государств – президентам стран Средней Азии и Казахстана, и Российской Федерации. Все «исследование» и даже Обращение пронизано однозначным осуждением русского самодержавия, жестокости русской администрации и русских переселенцев. В итоге рождается однозначная оценка восстания 1916 года как геноцида России против кыргызского народа. На каждой странице ужасы расправ карательных отрядов над беззащитными кыргызами, со всеми подробностями и циничными характеристиками. Даже человек с крепкими нервами после прочтения таких «документов» воспылает благородным гневом и ненавистью к карателям и захватчикам земель. «Царская Россия, ее карательные отряды, пришлые казаки и кулаки намеревались «русифицировать» кыргызов, а если они на это не согласятся, выгнать их в горы или непригодные края, истреблять их до последнего потомка. И можно сказать, что таким образом был совершен геноцид в отношении кыргызов», — делает вывод Азимбек Бекназаров. Чего же добивается автор этого документа? В своем персональном обращении к Президенту России Владимиру Путину он, не забыв упомянуть о том, что Россия является правопреемницей Российской империи, предлагает «вместе отметить 100-летие этих трагических событий, как вместе отметили 70-тилетие общей Победы в Великой Отечественной войне». Другие исследователи этих событий не впадают в подобные крайности, тем не менее акцентируют внимание на потерях среди кыргызов в ходе подавления восстания, а о потерях среди мирного русского населения говорят вскользь, или вообще обходят стороной случаи жестокой расправы восставшего народа с переселенцами. Остаются без комментариев описания жестокостей восставших по отношению к русским и суждения очевидцев, что жестокость карательных отрядов и жителей во многом стала как бы ответным шагом. Историческая справка: Из протокола допроса свидетеля Ивана Поцелуева (межевой техник в городе Пржевальске): «Отсутствие войск и полная разнузданность толпы – вот причины этого зверства. Никакая власть не могла остановить побоища. Народ мстил кровью и ужасом за своих. Мариинка посылала нам телеги живого мяса, толпа, заражаясь звериными инстинктами, приготовляла то же блюдо в крепости из китайцев, дунган и кашкарлыков». Даже при цитировании этих документов приходится опускать целые абзацы, которые описывают все ужасы того мятежа. Некоторые исследователи советской эпохи не верили этим показаниям, считая их надуманными. Но та детализация, подробности убийств и расправ как с той, так и с другой стороны говорят о том, что все это похоже на правду. Нет оснований не доверять статистике. Из Справки по канцелярии Туркестанского генерал-губарнатора: «По подсчету чинов переселенческой организации в одном районе Иссык-куля сожжено 964 дома, убито 1893 человека, без вести пропало 1212 человек. В эти цифры не включены старожилы, так как переселенческая организация подсчитывала только переселенцев. Церкви сожжены, иконы исковерканы, портреты государя тоже. Также сожжены запасы хлеба». Пожалуй, самый главный аргумент сторонников расценивать восстание 1916 года чуть ли не как геноцид кыргызского народа – это отсутствие объективных данных о потерях кыргызов в этих событиях. Уместно напомнить, что у туземного населения края в те времена не было паспортов и учет велся на глазок, по числу кибиток той или иной волости. Поэтому и цифры разнятся. Вот что по этому поводу говорит доктор исторических наук Шаиргуль Батырбаева: «Сегодня я слышу разные данные по погибшим по время восстания. От 100 тысяч до одного миллиона человек. Первая всероссийская перепись, в которой впервые были учтены киргизы, была в 1897 году. Во всем Туркестанском генерал-губернаторстве численность киргизов не превышала 650 тысяч. В 1926 году только в пределах современной территории Киргизии численность достигла одного миллиона. Согласно данным переписи 1897 года в двух уездах – Пржевальском и Пишпекском насчитывалось 278,9 тысяч киргизов. Следующая перепись была летом 1917 года. Результат переписи показал, что летом 1917 года в двух уездах, где было восстание 1916 года, проживало 324 тысячи киргизов. В науке есть такой метод, когда за основу взяв среднегодовой темп прироста можно исчислить рост численности населения. Это делается для планирования всей сферы деятельности государства. Я применила этот метод и, допустив отсутствие Первой мировой войны и восстания 1916 года, при 1,3% среднегодового темпа прироста киргизов исчислила рост их численности с 1897 по 1917 год. Результат исчисления показал, что если бы не было бы войны, то численность населения достигла бы 357,6 тысяч. Разница составляет 33,6 тысячи человек. Таким образом, 33,6 тысяч — это прямые и косвенные потери – погибшие и те, кто бежал в Китай, а также те, кто мог родиться, но не родился у погибших, раненных или сбежавших людей. Во время самого восстания 1916 года погибли 4 тысячи киргизов». Свидетельств расправ, убийств и грабежей столько, что по ним можно выстроить всю цепочку тех трагических событий. Но современные исследователи нередко вырывают из всего происшедшего лишь те фрагменты, которые играют на выстроенную ими концепцию. Такая препарированная «правда» не дает ответов на самые главные вопросы: почему подобное стало возможным? Если действительно, основной упор делать на карательной операции русских войск, на чинимые русским населением сел и городов расправы с мятежниками, то ничего кроме ненависти к русской администрации не возникает. Шаиргуль Батырбаева подтверждает, что было жесткое подавление восстания. «Но нельзя умалчивать о причинах этой трагедии. Когда карательные отряды, присланные для усмирения бунта, увидели посаженые на вилы головы русских женщин и детей, то их реакция была соответствующая. Но это не киргизко-российские проблемы, это последствия восстания и борьбы. Нельзя давать этим событиям этническую окраску. Такие трагические случаи были и в период набегов казахов на киргизскую землю в ХIХ веке, и в период родовой междоусобицы между бугинцами и сарыбагышами. Такая же реакция была и в Афганистане, когда убивали советских солдат и их однополчане в ответ уничтожали целые деревни. Такие явления были во всем мире во время конфликтов». Если в самых общих чертах рассматривать всю историографию по этой теме, то, читая документы той эпохи и комментарии по ним, все больше убеждаешься в политической окраске последних. И Временное правительство Российской империи, и особенно большевики после победы Великого Октября, очень просто и с классовых позиций сделали весь расклад, назвав мятеж в Туркестанском крае в 1916 году Народной революцией против царизма и местных эксплуататоров. Этим и ограничились, и тему как бы закрыли. Беспристрастного анализа восстания 1916 года так и не сделано по сей день. Профессор Кыргызского государственного университета Зайраш Галиева считает, что восстание было вызвано целым комплексом сложных социально-экономических, политических процессов, в том числе и переселенческой политики, и аграрной, и налоговой политики царизма. «Однако, в изучении источников и причин восстания следует избегать политизированного подхода, надо отказаться от каких-либо конфронтационных аргументов для доказательства своей позиции. Одновременно стоит задача вывести исследование восстания на уровень нового теоретического осмысления и определить пути его дальнейшего изучения на основе новых исторических источников и исследований». Как Президент Кыргызстана Алмазбек Атамбаев своим указом обезоружил националистов Президент Кыргызской Республики Алмазбек Атамбаев еще в конце прошлого года подписал Указ “О 100-летии трагических событий 1916 года” в котором отмечается, что национально-освободительное восстание кыргызского народа и последовавшая за ним трагедия 1916 года, сохранившаяся в памяти народа, как «Үркүн» (Великий Исход), должны занимать особое место в истории Кыргызстана. Но, несмотря на то, что после событий минуло целое столетие, общество продолжает нуждаться в объективной исторической оценке причин и последствий произошедшего. В качестве причин восстания указ называет не только призыв на военно-строительные работы: «Жесткая колониальная политика Российской империи усугублялась злоупотреблениями царских чиновников и местных элит. Земельная политика переселенческого управления Туркестанского края была, по сути, направлена на расчистку земли для колонизации и стала глубинной социально-экономической причиной событий 1916 года». На эту причину указывали многие свидетели событий 1916 года, отмечая, что в Иссык-Кульской зоне пострадали как раз новые переселенческие села, в то время как старые казачьи станицы оказались не тронутыми восставшими. Указ Президента не столько расставил акценты в оценке тех событий, сколько призвал к непредвзятому исследованию их, потому что в течение длительного времени проводилась ошибочная политика замалчивания трагедии 1916 года. «Поднимаемые в последние два десятилетия отдельные инициативы гражданского общества не получили реального продолжения в решениях государственных органов. В результате остаются нерешенными вопросы объективной исторической оценки событий 1916 года, захоронения останков беженцев на труднодоступных перевалах, а также увековечения памяти погибших». Президент подчеркнул, что массовые волнения в Кыргызстане приняли характер восстания, причем не против русского народа, а против царского колониализма. Он также добавил, что в отличие от царского самодержавия советская власть смогла обеспечить перспективы национального развития кыргызов и других народов Туркестана. А с образованием Кара-Кыргызской автономной области в 1924 году была заложена основа для возрождения кыргызской государственности. Естественно, для политиков противоположного лагеря, которые в событиях 1916 года ищут повод для обострения отношений с Россией, указ Атамбаева стал «костью в горле», которая мешает им дышать. Жапар Жекшеев, общественный и политический деятель Кыргызской Республики, член Рабочей группы для выработки объективной исторической оценки событий 1916 года считает, что атамбаев сделал очень правильно, издав указ по 1916 году. «Эта тема могла стать знаменем радикалов, националистов и всех прочих обиженных, которых у нас предостаточно. Эту тему они могли бы эксплуатировать очень активно, чтобы значительную часть населения повернуть в свою сторону. Многие раздувают эту тему только для того, чтобы поднять свой имидж. Играют на национальных чувствах, которые всегда очень чувствительны. Это очень уязвимая сфера – национальные чувства людей. И события 1916 года дают прекрасную пищу для этого. И если бы президент своим указом не взял инициативу в свои руки, не перевел этот вопрос в плоскость цивилизованных отношений, могло быть гораздо хуже» Жапар Жекшеев, кстати, был в числе организаторов того первого пешего марша по местам восстания 1916 года: «В 1991 году мы, не смотря на все препятствия, прошли по всем русским селам Прииссыккулья, я тогда взял ответственность на себя, и мы сделали все, чтобы ни в коем случае не испортить отношения с нашими русскими согражданами. И жители этих сел нас поддержали, потому что понимали наши чувства. Я убежден в одном: антирусских настроений в Кыргызстане практически нет. Даже в партиях, которые декларируют национальные идеи, антирусских настроений нет. Тема 1916 года нуждается в анализе и разъяснениях, но я абсолютно убежден, что даже те доморощенные деятели, которые попытаются придать этой теме негативный оттенок для осложнения межнациональных отношений в нашей республике, не найдут поддержки в обществе. В Кыргызстане даже самые отдаленные регионы все связывают с Россией. Спросите представителей любых поколений кыргызов, вам каждый ответит, что все надежды люди связывают только с Россией». Что убивает доверие между людьми? Поиск причин трагедии 1916 года продолжается по сей день. Одни исследователи пытаются выстроить далеко идущие связи, найти в тех событиях влияние Германии и Турции, как противников России в Первой мировой войне. В некоторых донесениях и свидетельствах очевидцев восстания говорится о найденных документах и даже об участии в организации восстания командиров из турок и германцев. Более вероятна версия опийного следа. Для воюющей Российской империи опий – это был вопрос жизни и смерти для сотен тысяч раненных. Надо понимать, что не только коммерческий интерес толкал китайцев на скупку опия у кыргызов, и бегство восставших в Китай, где они расплачивались за жизнь не только опием, но своими детьми, тоже не было стихийным, как полагают многие, в том числе военный историк Леонид Сумароков, который подробно исследовал эту версию. Наиболее распространена версия о причинах восстания, уже названная в указе Президента Атамбаева — земельная политика переселенческого управления Туркестанского края, направленная на расчистку земли для колонизации. Иными словами, Российская империя способствовала переселению крестьян из центральных губерний на национальные окраины, наделяя земельными наделами, отнятыми у местных жителей. Генерал-губернатор Туркестана Алексей Николаевич Куропаткин признавал, что одной из социальных причин восстания стало «усиленное с 1904 года отчуждение киргизских земель под русские селения и под скотоводческие участки без соблюдения во многих случаях интересов населения». Но вот что странно: чуть позже уже Кара-Кыргызская автономная республика в составе РСФСР приняла несравненно больший миграционный поток, о чем Президент Атамбаев упомянул в своем указе: «Показателем изменившегося восприятия народом Кыргызстана кардинальных изменений в национальной политике является вклад кыргызстанцев в победу во Второй мировой войне. На фронт ушло около 365 тысяч человек, многие из них – добровольцами. Народ Кыргызстана воспринял войну как свою собственную беду. Только в первые месяцы войны в Кыргызстан было эвакуировано 140 тысяч человек, а всего за годы войны республика приняла более 300 тысяч переселенцев». Вот и возникают вопросы: народ, который в 1916 году не хотел идти даже на строительство оборонительных сооружений, спустя каких-то 20-25 лет принял самое активное участие в Великой Отечественной войне. Народ, который в 1916 году восстал против русских крестьян-переселенцев, спустя четверть века принял более 300 тысяч переселенцев из России. И до войны на территории нынешнего Кыргызстана нашли прибежище, спасаясь от репрессий, десятки тысяч раскулаченных, репрессированных, «неблагонадежных» и т.д. со всей необъятной России, теперь уже советской и социалистической. И как ни странно, всем хватало и солнца, и тепла, и земли, и доброжелательного отношения местного населения. Заслуживает внимания мнение драгомана российского консульства в Кашгаре Стефановича (начало 1917 г.): «Киргизы –чернорабочие, торговцы и другие, имеющие знакомство среди русских, неоднократно обращались к последним с вопросами о характере призыва, причем вопросы, предлагаемые ими, порой носили не только бессмысленный характер, но видно было, что смущение вызывалось и сеялось среди них злонамеренными лицами, чему способствовало крайнее невежество киргизской массы. … Объяснение этого кроется в родовой организации киргизского быта. Строгое и безответственное подчинение старшему в роде, имеющее за собой много положительных сторон, бесспорно было необходимым элементом в организации внутреннего управления киргиз, до тех пор, пока они жили самостоятельно, не входя в соприкосновение с административной организацией русского государства». И сам Куропаткин писал: «Как доказано судебными властями, чины туземной администрации в целях наживы распространяли среди населения слухи, что туземцев будут брать не на работы, а в солдаты». При этом генерал-губернатор не сбрасывал ответственность за произошедшее на этих самых старшин, хотя и характеризовал последних как «не отличающихся преданностью русскому правительству, к тому же невежественных, корыстолюбивых и несправедливых». После того, как пришедшая в край советская власть изменила систему управления, лишив манапов господства, поменялись и отношения в кыргызском обществе. Только вот вопрос: на долго ли? Как бы печально это не выглядело, но не только в Средней Азии, но и во многих других постсоветских республиках мы до сих пор наблюдаем прямую зависимость общественного сознания, настроений, нравственных ориентиров, целей и средств их достижения от так называемой «политической элиты» вкупе с олигархией. Хуже того, развитие средств коммуникаций не делает человека свободнее, а напротив, усиливает его зависимость от сильных мира сего. Средств и методов манипулирования людьми не счесть. Скачущие на украинском майдане сторонники евроинтеграции почти ничем не отличаются от восставших против царского призыва в 1916 году киргизов, и те, и другие свой протест выражали в поджогах и убийствах, и те, и другие были марионетками в руках своих баев и манапов. Похоже, что за 100 лет ничего не изменилось. Научно-технический прогресс не добавил обществу ни ума, ни доброты, ни справедливости. Из показаний инженера Танышпаева, (родом из киргиз Макынчи-Садыровской волости Лепсинского уезда): «Теперь нигде ни одного выбора не бывает без громадных подкупов. Каждый раз перед выборами претендент клянется, что если проведут его, то прекратятся бесконечные «темные» налоги, настанет мир и спокойствие в волости. Киргизы, увлеченные партийностью, забывают подумать о том, зачем такой благодетельный претендент раздает 5, 10, 20, 30 и даже 40 тысяч рублей, когда все его будущее жалование за трехлетие не превосходит 900 – 1500 рублей. Претендент, прошедший в волостные или народные судьи, собирает в 5, 10, 20 раз больше затраченного капитала, и этот форменный грабеж происходит в настоящее время». Это было сказано 100 лет назад. А такое ощущение, что вчера… Поэтому можно быть уверенным, что ученые-историки, политологи в очередной раз назовут уже не раз ими же озвученные причины народного восстания 1916 года, и снова заклеймят царский режим за жестокость в подавлении мятежа, русскую администрацию края за невнимание к запросам туземного населения и т.д. Но вряд ли кто спроецирует восстание 1916 года на день сегодняшний. А ведь история имеет обыкновение повторяться через определенное количество лет при схожести причин. Кровавые конфликты, опять же из-за земли случились на юге Кыргызстана в начале 90-х годов, затем «революция 2005 года», затем «Апрельская революция 2010 года» и июньские межнациональные конфликты… Вроде причины были разные, только корень проблем один – когда власть теряет связь с народом, игнорирует интересы людей, или попросту занимается грабежом. Рано или поздно случается взрыв. У восстания 1916 года есть еще одно измерение – проекция на будущее. Речь идет не о прямых и косвенных потерях материальных и человеческих ресурсов – здесь все подсчитано. Но не поддается простым арифметическим действиям значение интеграционных связей между Россией и ее окраинами что 100 лет назад, что сейчас. И тогда, и сегодня попытки разрушить эти связи маскируются под разные благовидные цели, часто говорят о национальной идентичности, возрождении культуры и языка, обрядов и традиций. Фактически же, к примеру, как на Украине, просто разрушают веками сложившиеся межнациональные отношения, переименовывают города и улицы, закрывают школы с негосударственным языком обучения и т.д. Разрушить доверие между людьми и целыми народами можно в одночасье, достаточно банальной провокации. Страну охватывает ужас и негодование, когда люди видят, как неадекватная женщина в пугающем одеянии размахивает отрезанной головой ребенка. Как удержать народ от ненависти ко всем инородцам? Роли поменялись: сегодня Россия принимает трудовых мигрантов из тех самых пределов, которые 100 лет назад принимали русских переселенцев. Сотни тысяч кыргызов, узбеков и представителей других этносов получили российское гражданство, еще больше трудятся на ее просторах, обеспечивая свои семьи. Сегодня как никогда актуальна задача выстраивания отношений между переселенцами из Средней Азии и коренным населением российских губерний, автономий, республик. «100-летие восстания в Туркестане – это наша память и боль, — говорит экс-госсекретарь, политический деятель Кыргызстана Осмонакун Ибраимов. — Но в этом году мы отмечаем и 25-летие нашей независимости. И главное достижение нашей страны – это открытость и гласность. Мы не боимся правды. Я уверен, что никаких осложнений между Кыргызстаном и Россией быть не должно. Главное, чего нам следует опасаться – это провокаций. Не допустить очередного саморазрушения. Не хочу никого обвинять из политических деятелей, но мы такой народ, который очень часто поддается провокациям. Главный урок 1916 года для нас – не допустить очередного саморазрушения. И сегодня очень много провокаторов на улицах. Нам нужно думать о нашем Кыргызстане, чтобы такого больше не допустить. Под саморазрушением я прежде всего думаю о 1916 годе». Автор: Дмитрий Синяев