Можно ли предотвратить катастрофу в реликтовых кавказских лесах

Можно ли предотвратить катастрофу в реликтовых кавказских лесах Стремительное размножение в реликтовых рощах Краснодарского края и Адыгеи нового для России инвазивного (распространившегося в результате деятельности человека. — Прим. ТАСС.) вредителя — самшитовой огневки (Cydalima perspectalis) — поставило под угрозу будущее экосистемы двух южных регионов. Бабочка попала на Кавказ в 2012 году на декоративном самшите, завезенном из европейских питомников при подготовке к Олимпийским играм в Сочи. Сегодня огневка уже уничтожила практически все насаждения колхидского самшита, занесенного как реликт и эндемик в Красную книгу России. ТАСС спросил у экологов, ученых и представителей власти, можно ли назвать ситуацию с потерей самшитов на Кавказе экологической катастрофой и есть ли шансы спасти реликтовые леса от полного исчезновения. У каждого эксперта есть свое мнение на этот счет, но все единодушны в одном — единственно верным решением может стать разработка межрегиональной программы по сохранению и восстановлению лесов на юге России, поддержанная на всех уровнях власти. Гусеницы огневки съели реликтовый лес за год Возраст экосистемы самшита колхидского — древнего реликтового растения, находящегося под угрозой полного уничтожения, — составляет более 15 млн. лет. По словам начальника Центра защиты леса Краснодарского края Валерия Щурова, для России кавказский самшит уникален — он растет только в ущельях и долинах рек Адыгеи и в Краснодарском крае. — По оценкам экологов, возраст самшита, уничтоженного сейчас на южном макросклоне, достигал 600 лет, некоторых массивов — 400 лет. На северном макросклоне таких старых деревьев не зафиксировано, возраст основных массивов, которые доступны людям, — порядка 80–90 лет. Но некоторые явно превышают возраст 200 лет, судя по их размерам. На скалах в Гуамском ущелье Кубани есть труднодоступные деревья, которые не вырубались еще до победы в Кавказской войне, — говорит Валерий Щуров. До нашествия огневки в Краснодарском крае и Адыгее росло порядка 8 тыс. га самшита. Погибло уже около половины насаждений, заражены, по оценкам эксперта, все. Появившись в России в 2012 году, огневка расселилась на реликтовом кустарнике на десятки километров вдоль побережья Краснодарского края, и уже в 2013 году ею были уничтожены все искусственные насаждения самшита в Сочи и большая их часть на южном склоне Кавказа. Пострадал и дикий самшит. Как обычные виды становятся вредителями Валерий Щуров отмечает, что это не первый случай, когда экосистема нарушается из-за расселения вида, принесенного из другого региона. В XX веке точно такая же ситуация, говорит он, произошла с рапанами, которые были случайно завезены в Черное море и серьезно сократили там популяцию гребешков и устриц. — В таких ситуациях обычные, в общем-то, виды становятся вредителями, так как естественных врагов у них нет, и поэтому их численность не контролируется. <…> В прошлом году была колоссальная плотность огневки в Кавказском государственном биосферном заповеднике, и она за год уничтожила рощу самшитов. Обычно на это требуется два года, но здесь гусеница огневки съела даже кору в первый год — и деревья просто не успели во второй раз отрастить листья, — констатирует руководитель Центра защиты леса Краснодарского края. Уравновесить ситуацию с рапанами, по его словам, удалось за счет того, что их стали добывать, как и других пищевых моллюсков. — Жаль, что огневку из людей никто не ест, — шутит Валерий Щуров и добавляет: — Эффективных средств для борьбы с огневкой на Кавказе сейчас нет. «Биостоп» и мушка против гусеницы Сегодня горная Адыгея осталась единственным местом в России, где в дикой природе на площади 4,5 га сохранен живой участок самшитового леса, не уничтоженный огневкой. Это всего 1% от самшитовых рощ, произраставших на Кавказе. На территории памятника природы республиканского значения «Массив самшита колхидского», занимающего в целом площадь 1,8 тыс. га, российские ученые и специалисты применяли разные препараты для сохранения двух участков реликтового леса, обозначенных в качестве резерватов для последующей селекции и размножения. Но успех в борьбе с огневкой достигнут только на одном из них. На 29 га (3% от площади памятника природы) вечнозеленые кустарники и деревца самшита колхидского восемь раз обрабатывались рекомендованным для борьбы с самшитовой огневкой биологическим материалом «Биостоп». На эти цели Федеральным агентством лесного хозяйства было выделено порядка 2 млн. рублей. Поскольку «Биостоп» ожиданий не оправдал, войну с вредителем продолжили при помощи энтомофага (полезного насекомого. — Прим. ТАСС.) — китайского эулофида Chouioia cunea. Как пояснил сотрудник Отдела защиты леса — Центра приоритетных биотехнологий в защите леса, руководитель Лаборатории защиты леса от инвазивных и карантинных организмов ВНИИЛМ Юрий Гниненко, был осуществлен массовый выпуск порядка одного миллиона экземпляров китайской мушки, разведенной на базе НИИ лесоводства и механизации лесного хозяйства. — Ручная обработка самшита — очень трудоемкий процесс: поскольку он растет на склонах горной реки, подобраться к каждому кустарнику сложно, — рассказывает главный специалист-эксперт управления лесами Адыгеи Роза Свередюк. — Теперь надежды мы возлагаем на второй небольшой участок-резерват, который обрабатывается в виде научного эксперимента биопрепаратом, не внесенным пока в каталоги для борьбы с огневкой, — добавляет Роза Свередюк. Вторым резерватом вплотную занялись участники проекта «Сохранение самшита колхидского на Западном Кавказе», реализуемого в рамках соглашения о стратегическом партнерстве между Негосударственным природоохранным центром «НАБУ-Кавказ» и АНО «Центр природы Кавказа». Участниками проекта также стали Центр защиты леса Адыгеи, управление лесами республики и управление охраны окружающей среды и природных ресурсов Адыгеи. Весной волонтеры в хаотичном порядке, как при размножении в естественных условиях, посадили порядка 300 саженцев, специально выращенных в теплицах, что позволило увеличить площадь самшитовых лесов в России на 8%. — Саженцы успешно прижились в дикой природе. Вместе со взрослыми деревьями, ранее пораженными огневкой, они проходят регулярную обработку экопрепаратом. Он разрешен к продаже в России, до применения в Адыгее широко использовался в Германии, демонстрируя положительный эффект. Мы будем продолжать бороться за спасение самшита, — говорит гендиректор Центра природы Кавказа Рената Шюшайте. Новые угрозы экосистеме Над природой юга России нависла новая экологическая проблема — 47 тыс. га каштановых лесов могут исчезнуть, повторив трагическую судьбу самшита. Это связано с появлением в Краснодарском крае опасного карантинного насекомого — восточной каштановой орехотворки. Как рассказала ТАСС менеджер по экологическому просвещению НПЦ «НАБУ-Кавказ» Елена Сазонова, каштан включен в Красную книгу Адыгеи и Краснодарского края, является важнейшим элементом экосистем. Уничтожение каштановых лесов повлечет серьезные экологические последствия, уверены специалисты. По словам Елены Сазоновой, с развитием туризма и торгового обмена, при отсутствии жесткого контроля посадочного материала многие инвазивные виды вредных насекомых, так называемых вселенцев, попадают в новый благоприятный ареал, где для них нет естественных врагов, и наносят невосполнимый урон лесному и сельскому хозяйствам. Вызов науке сделал и еще один инвазивный вредитель — дубовый клоп-кружевница, выявленный специалистами Центра защиты леса летом 2016 года в Краснодарском крае. Сегодня, как предполагают сотрудники Центра защиты леса по Адыгее, клоп заселил весь лесной фонд на территории Кубани и Адыгеи. Что мешает победить огневку Минприроды Краснодарского края объясняет низкий результат борьбы с огневкой особенностями федерального законодательства, запрещающего применение биологических препаратов на особо охраняемых природных территориях (ООПТ). По словам представителей министерства, они неоднократно сообщали об этом в федеральные структуры. Однако федеральные органы исполнительной власти, уполномоченные в области карантина и защиты растений, обращения с пестицидами и агрохимикатами, так и не внесли в законодательство изменения, которые позволили бы бороться с вредителем. Специалисты уверены, что — учитывая особенности бабочки-огневки перелетать на значительные расстояния и давать несколько поколений за сезон — борьбу с вредителем необходимо вести одновременно на всех территориях юга России, пораженных огневкой, и привлечь к работе все имеющие отношение к проблеме структуры. — Министерство природных ресурсов Краснодарского края совместно с различными федеральными и региональными структурами занимается проблемой не один год, поэтому утверждение координатора «Экологической вахты по Северному Кавказу» Андрея Рудомахи о том, что министерство «находится в состоянии преступного бездействия», голословно. Более того, как эколог, господин Рудомаха должен знать, что спасение самшитовых лесов на конкретной местности невозможно, так как невозможно искусственно ограничить передвижение самшитовой огневки. И более того, защищать самшит следует не только в природных условиях, но и в городской среде, — сказали в Минприроды края. Позицию коллег разделяют в управлении лесами Адыгеи. По мнению Розы Свередюк, ученые и госорганы должны выработать четкую стратегию войны с огневкой. С ней должны бороться не только лесники, природоохранные организации, карантинные и таможенные службы, пропускающие на территорию России посадочный материал для озеленения городов, но и население. Катастрофа или нет Говоря о том, что природному комплексу Кавказа самшитовой огневкой нанесен значительный ущерб, руководитель пресс-службы Минприроды России Николай Гудков в интервью ТАСС отметил, что проблему отчасти можно сравнить с ситуацией с появившимся когда-то на территории страны колорадским жуком, которого умышленно завезли. — Ситуацию с огневкой катастрофой сейчас назвать нельзя. Мы уверены, что восстановим насаждения самшита на особо охраняемых природных территориях. Для Сочинского нацпарка, где специалисты успешно обрабатывают биопрепаратом 50 га самшита, 10 тыс. семян реликтового кустарника уже заготовлено, — отмечает он. Минприроды России обращалось в прокуратуру по факту нанесения ущерба природной среде в связи с массовой гибелью самшитов. В ведомстве считают, что восстановить искусственно реликтовые рощи можно, высадив саженцы из питомников. Координатор лесных проектов отделения WWF России «Российский Кавказ» Елена Черкасова категорична: искусственно восстанавливать уничтоженные бабочкой-огневкой самшитовые рощи Северного Кавказа, если речь идет не о закрытых генетических резервах, пока рано. И это, соглашается она с коллегами из Минприроды Кубани, связано с отсутствием нормативно-правовой базы по борьбе с вредителем в особо охраняемых природных территориях, заявила она ТАСС. — Для решения этой проблемы нужна была инициатива власти по внесению корректных изменений в нормативно-правовые акты, — пояснила Елена Черкасова. — Проблема таких масштабов решается очень сложно не только в России, но и в мире, так как требует очень быстрого и хорошо скоординированного взаимодействия властей всех уровней, научного сообщества, общественных организаций и средств массовой информации. По словам Елены Черкасовой, потеря самшитов на Кавказе — это экологическая катастрофа, последствия которой полностью проявятся через десятки лет. Самшит для этой территории был средообразующим видом. Его утрата, по мнению эксперта, приведет к существенному упрощению экосистемы и потере целого комплекса других видов, обитавших под сенью деревьев. Это же касается и потери каштана посевного. — Если уже сейчас не начать принимать меры по контролю вредителя, полная утрата каштана посевного из флоры России может из угрозы превратиться в страшную реальность, как это уже произошло с самшитом колхидским. Оптимальным решением могла бы стать разработка межрегиональной программы по сохранению и восстановлению каштановых лесов на российском Кавказе, поддержанная на всех уровнях власти, — говорит координатор лесных проектов регионального отделения «Российский Кавказ» WWF России. К решению проблемы уже подключилось и население: в интернете появилась петиция по спасению самшита, авторы которой просят принять срочные меры на государственном уровне.